Размещение пресс-релизов в Замбии, Гамбии, Бенине и Южном Судане: четыре страны, которые большинство агентств не найдёт на карте

Есть такая категория рынков, о которых на международных маркетинговых конференциях не говорят. Не потому что они неважные, а потому что спикеры не знают, где эти страны находятся. Замбия? Это где-то в Африке. Гамбия? Кажется, рядом. Бенин? Звучит знакомо. Южный Судан? Это который Судан?

И пока маркетинговый мир обсуждает выход на рынки Бразилии и Индонезии, четыре африканские страны с совокупным населением более сорока миллионов человек остаются белым пятном на карте международных коммуникаций. Белым пятном с растущей экономикой, молодым населением, бурно развивающимся мобильным интернетом и медиапространством, которое формируется прямо сейчас — на наших глазах.

Агентство «Всевышний PR» работает с медиа во всех четырёх странах. Размещает пресс-релизы, организует публикации, подбирает блогеров. Не потому что это модно, а потому что бизнесу, который думает на десять лет вперёд, эти рынки нужны уже сегодня. И тот, кто заходит первым, получает преимущество, которое опоздавшие не смогут купить ни за какие деньги.

Африканский медиарынок ждет вас, и кто заходит туда первым, тому достаётся внимание аудитории, которая ещё не устала от рекламы и не научилась пролистывать баннеры с закрытыми глазами.

Но прежде чем заходить — нужно понимать, куда вы заходите. Потому что Замбия, Гамбия, Бенин и Южный Судан — это четыре принципиально разных мира с разными языками, разными медиа, разными культурами потребления информации и разными правилами игры. Объединяет их одно: все четыре — в Африке. На этом сходство заканчивается.

Замбия: медный пояс, английский язык и самый молодой медиарынок южной Африки

Замбия — страна в южной Африке с населением около двадцати миллионов человек. Бывшая британская колония, получившая независимость в 1964 году. Официальный язык — английский, что для международных коммуникаций является огромным преимуществом: пресс-релизы не нужно переводить на экзотические языки, достаточно адаптировать под местный контекст.

Но «английский» не означает «британский». Замбийский английский имеет свои особенности — лексические, грамматические, интонационные. Текст, написанный для лондонской аудитории, в Лусаке будет восприниматься как чужой. Не враждебный, но чужой — примерно как американский английский в Шотландии: вроде тот же язык, но что-то не так.

Помимо английского, в Замбии более семидесяти местных языков. Бемба и ньянджа — два крупнейших, на которых говорит значительная часть населения. Для массовых коммуникаций за пределами Лусаки и крупных городов знание этих языков критично. Радио на бемба охватывает аудиторию, которую англоязычные газеты никогда не достанут.

Медиаландшафт Замбии — молодой и динамичный. Zambia Daily Mail и Times of Zambia — государственные газеты с широким охватом. The Mast и News Diggers — независимые издания, набирающие влияние. Lusaka Times — ведущий онлайн-портал, который читает городская аудитория. ZNBC (Zambia National Broadcasting Corporation) — государственная телерадиокомпания, доминирующая за пределами крупных городов.

Но главный медиаканал Замбии — радио. В стране, где значительная часть населения живёт в сельской местности и не имеет стабильного доступа к интернету, радио остаётся основным источником информации. Более ста радиостанций — общинных, коммерческих, религиозных — покрывают территорию страны. Для компаний, которым нужен массовый охват, радио в Замбии — не дополнительный канал, а основной.

Мобильный интернет растёт стремительно. Проникновение мобильной связи превышает девяносто процентов, хотя доступ к интернету ниже — около сорока процентов. Но в городах — Лусаке, Ндоле, Китве — цифры значительно выше, и молодёжь потребляет контент преимущественно через смартфоны. Социальные сети и мессенджеры — основные платформы. Короткие видео набирают популярность быстрее, чем традиционные медиа успевают адаптироваться.

Инфлюенсер-маркетинг в Замбии — на ранней, но перспективной стадии. Блогеры есть, аудитория есть, доверие к рекомендациям живых людей — высочайшее. Замбийцы — общительные, открытые люди, которые доверяют личным рекомендациям больше, чем любой рекламе. Микроинфлюенсеры с пятью-десятью тысячами подписчиков могут генерировать вовлечённость, которой позавидуют стотысячники из развитых рынков.

Журналистские стандарты в Замбии формируются под влиянием британской традиции, но с местной спецификой. Конституция гарантирует свободу прессы, хотя на практике отношения между медиа и властью бывают непростыми. Независимые издания существуют и работают, но самоцензура — реальность, которую нужно учитывать. Для коммерческих пресс-релизов это означает, что откровенно провокационный контент не найдёт площадки, но качественный деловой материал будет принят.

Замбийские редакции открыты к международному контенту — при условии его релевантности для местной аудитории. Пресс-релиз о запуске продукта, который доступен в Замбии или имеет отношение к замбийской экономике, будет рассмотрен. Пресс-релиз о событии, не имеющем никакого отношения к стране, — проигнорирован.

Экономика Замбии традиционно строится на добыче меди — страна входит в десятку крупнейших мировых производителей. Но диверсификация идёт: сельское хозяйство, туризм, строительство, телекоммуникации. Международные компании заходят в горнодобычу, энергетику, финтех. Для всех этих секторов присутствие в замбийских медиа — не роскошь, а необходимость при выходе на рынок.

Замбия активно открыта к международному партнёрству. Страна — член Африканского союза, COMESA (Общий рынок Восточной и Южной Африки), SADC (Сообщество развития Юга Африки). Правительство привлекает иностранные инвестиции, и компании, которые заявляют о себе через местные медиа, получают дополнительный кредит доверия.

Гамбия: самая маленькая страна материковой Африки с самым большим характером

Гамбия — крошечная страна в Западной Африке, зажатая внутри Сенегала. Население — около двух с половиной миллионов человек. Территория — одна из самых маленьких на континенте. Но недооценивать Гамбию — ошибка, которую совершают те, кто путает размер с значением.

Официальный язык — английский, наследие британского колониального периода. Но в повседневной жизни доминируют местные языки: мандинка, волоф, фула, джола, серахуле. Мандинка — самый распространённый, на нём говорит более трети населения. Для массовых коммуникаций за пределами столицы Банжула и её пригородов знание местных языков — не бонус, а необходимость. Английский — язык бизнеса, образования и официальных коммуникаций. Местные языки — язык доверия.

Медиаландшафт Гамбии компактный, но живой. The Point, The Standard, Foroyaa — ведущие газеты. GRTS (Gambia Radio and Television Services) — государственная телерадиокомпания. Но настоящая революция произошла в онлайн-медиа: Gainako, The Fatu Network, Kerr Fatou — цифровые платформы, которые набрали аудиторию, сопоставимую с традиционными изданиями, а в молодёжном сегменте — превосходящую их.

Радио в Гамбии — король медиа. В стране с высоким уровнем неграмотности (около пятидесяти процентов взрослого населения) радио остаётся единственным каналом, который достигает каждого. Общинные радиостанции вещают на местных языках и пользуются абсолютным доверием аудитории. Для компаний, которым нужен охват за пределами городской элиты, радио в Гамбии незаменимо.

Мобильный интернет — главный драйвер цифровизации. Проникновение мобильной связи высокое, смартфоны доступны, и молодёжь — а в Гамбии более шестидесяти процентов населения моложе двадцати пяти лет — живёт в социальных сетях и мессенджерах. Короткие видео, голосовые сообщения, мемы — основной формат потребления контента. Текстовые публикации работают хуже, чем аудио и видео, — это нужно учитывать при планировании кампаний.

Инфлюенсеры в Гамбии — явление молодое, но уже влиятельное. Блогеры с аудиторией в несколько тысяч человек могут формировать общественное мнение по конкретным вопросам эффективнее, чем газеты. Доверие к живому человеку, который говорит на твоём языке и живёт в твоём городе, — выше, чем к любому официальному источнику. Для международных брендов это означает, что работа с гамбийскими микроинфлюенсерами может дать результат, непропорциональный их формальному охвату.

Журналистика в Гамбии пережила тяжёлый период при предыдущем режиме, когда преследования журналистов были нормой. После смены власти в 2017 году медиасреда значительно оздоровилась: появились новые издания, вернулись журналисты из эмиграции, свобода прессы улучшилась. Но инфраструктура медиа по-прежнему слабая: ресурсов мало, зарплаты низкие, профессиональная подготовка недостаточная. Для PR-специалистов это означает, что качественный, готовый к публикации материал будет принят с благодарностью — при условии его релевантности.

Гамбия открыта к международному партнёрству и иностранным инвестициям. Туризм — одна из ключевых отраслей экономики. Сельское хозяйство, рыболовство, лёгкая промышленность — секторы, где международное присутствие растёт. Для компаний, заходящих на гамбийский рынок, публикации в местных медиа — способ заявить о себе и выстроить доверие в обществе, где личные отношения и репутация значат больше, чем любой контракт.

Бенин: франкофонная Африка, демократия и ворота в Западную Африку

Бенин — небольшая страна в Западной Африке с населением около тринадцати миллионов человек. Бывшая французская колония, и это определяет всё: язык коммуникаций, медиатрадиции, журналистские стандарты, культурные коды.

Официальный язык — французский. Но не парижский французский и не канадский. Бенинский французский имеет свои лексические и грамматические особенности, свой ритм, свои выражения. Текст, написанный для французской аудитории, в Котону будет звучать так же неестественно, как московский русский в Ташкенте — вроде понятно, но чувствуется, что писал чужой.

Помимо французского, в Бенине более пятидесяти местных языков. Фон и йоруба — два крупнейших, на которых говорит значительная часть населения южных регионов. Для национальных кампаний французский достаточен, но для регионального проникновения знание местных языков — преимущество.

Медиаландшафт Бенина — один из самых свободных в Западной Африке. Страна стабильно занимает высокие позиции в рейтингах свободы прессы на континенте. La Nation — государственная газета. Fraternité, Le Matinal, L’Événement Précis — независимые издания. ORTB (Office de Radiodiffusion et Télévision du Bénin) — государственная телерадиокомпания. Но, как и в других африканских странах, онлайн-медиа растут быстрее традиционных: Banouto, Bénin Web TV, La Nouvelle Tribune Online набирают аудиторию среди городской молодёжи.

Радио — по-прежнему доминирующий канал. Более ста радиостанций покрывают территорию страны. Общинные радиостанции вещают на местных языках и являются основным источником информации для сельского населения. Для массового охвата радио в Бенине обязательно.

Бенин — одна из наиболее стабильных демократий Западной Африки, и это напрямую влияет на медиасреду. Журналисты работают относительно свободно, хотя давление со стороны властей существует. Для коммерческих коммуникаций это означает благоприятную среду: издания готовы публиковать качественный контент от международных компаний, если он релевантен для местной аудитории.

Экономика Бенина строится на сельском хозяйстве (хлопок — главный экспортный товар), торговле (порт Котону — крупнейший в регионе) и логистике. Страна позиционирует себя как ворота в Западную Африку и активно привлекает иностранные инвестиции. Инфраструктурные проекты, цифровизация, туризм — секторы, где международное присутствие растёт.

Инфлюенсер-маркетинг в Бенине — на ранней стадии, но с огромным потенциалом. Молодое население (медианный возраст — около восемнадцати лет), растущий мобильный интернет, активность в социальных сетях — все предпосылки для взрывного роста. Блогеры, работающие на французском и местных языках, уже формируют свою аудиторию. Для брендов, которые заходят сейчас, — это возможность занять нишу до того, как конкуренция вырастет.

Ключевой нюанс для PR в Бенине: всё должно быть на французском. Не на английском с переводом, не на «международном французском» — на бенинском французском, с пониманием местного контекста, местных реалий, местных чувствительных тем. Пресс-релиз на английском в бенинскую редакцию — это как письмо на суахили в московскую газету: технически можно отправить, но результат предсказуем.

Южный Судан: самое молодое государство мира и самый сложный медиарынок Африки

Южный Судан — самое молодое государство планеты, получившее независимость в 2011 году. Население — около одиннадцати миллионов человек. И это, пожалуй, самый сложный из четырёх рынков, о которых мы говорим, — но именно поэтому и самый недооценённый.

Официальный язык — английский, но в повседневной жизни доминируют местные языки: динка, нуэр, бари, занде и десятки других. Арабский — язык, на котором говорит значительная часть населения, особенно в приграничных с Суданом регионах. Языковая карта Южного Судана — одна из самых сложных на континенте, и для коммуникаций это означает, что единого языкового решения не существует. Английский работает для элиты и международного сообщества. Для массовой аудитории нужны местные языки.

Медиаландшафт Южного Судана — молодой и хрупкий, как само государство. Juba Monitor, The Dawn — независимые газеты. South Sudan Broadcasting Corporation (SSBC) — государственная телерадиокомпания. Eye Radio — одна из наиболее влиятельных независимых радиостанций, поддерживаемая международными организациями. Radio Miraya — радиостанция миссии ООН, которая для значительной части населения является основным источником проверенной информации.

Радио в Южном Судане — не просто главный медиаканал. Это часто единственный медиаканал. В стране с минимальной инфраструктурой, где электричество доступно менее чем десяти процентам населения, а интернет — ещё меньшему количеству, радио на батарейках остаётся окном в мир для миллионов людей. Общинные радиостанции вещают на местных языках и пользуются доверием, которое не может заслужить ни одно печатное издание.

Мобильный интернет существует, но проникновение крайне низкое — менее десяти процентов. В столице Джубе ситуация лучше, и городская молодёжь активна в социальных сетях и мессенджерах. Но за пределами Джубы цифровые каналы практически не работают.

Журналистика в Южном Судане работает в экстремальных условиях. Страна стабильно находится в нижней части мировых рейтингов свободы прессы. Журналисты подвергаются давлению, задержаниям, угрозам. Несмотря на это, независимые медиа существуют и работают — с мужеством, которое заслуживает отдельного разговора. Для PR-специалистов это означает, что работа с южносуданскими медиа требует особой чувствительности, понимания контекста и уважения к журналистам, которые рискуют значительно больше, чем их коллеги в других странах.

Может показаться, что Южный Судан — не место для коммерческих коммуникаций. Это заблуждение. В стране работают десятки международных организаций, гуманитарных миссий, компаний в секторах нефтедобычи, телекоммуникаций, строительства. Все они нуждаются в коммуникациях с местной аудиторией, с властями, с международным сообществом. Присутствие в южносуданских медиа — инструмент не только маркетинга, но и репутационного позиционирования.

Южный Судан открыт к международному партнёрству — страна остро нуждается в инвестициях, технологиях, инфраструктуре. Компании, которые заявляют о себе через местные медиа, получают репутационное преимущество: они воспринимаются не как очередные «добытчики ресурсов», а как партнёры, готовые инвестировать в отношения.

Что объединяет все четыре рынка

При всех различиях — а различия колоссальные — четыре страны имеют общие черты, которые определяют подход к коммуникациям.

Молодое население. Медианный возраст во всех четырёх странах — ниже двадцати лет. Это означает аудиторию, которая формирует свои медиапривычки прямо сейчас. Бренды, которые входят в информационное поле этой аудитории сегодня, получают лояльность на десятилетия.

Радио — доминирующий канал. Во всех четырёх странах радио остаётся основным источником информации для большинства населения. Любая коммуникационная стратегия, игнорирующая радио, теряет основную аудиторию.

Мобильный интернет — растущий канал. Смартфоны дешевеют, покрытие расширяется, молодёжь мигрирует в цифровое пространство. Через пять лет баланс между радио и цифровыми каналами может радикально измениться.

Доверие к личным рекомендациям. Во всех четырёх культурах личные отношения и рекомендации значат больше, чем институциональная реклама. Инфлюенсер-маркетинг здесь работает не потому, что это модно, а потому, что это соответствует культурной модели потребления информации.

Языковое разнообразие. Ни в одной из четырёх стран нельзя охватить всю аудиторию на одном языке. Английский или французский работают для элиты и городского населения. Для массового охвата нужны местные языки.

Открытость к международному партнёрству. Все четыре страны активно привлекают иностранные инвестиции и воспринимают присутствие международных компаний позитивно — при условии, что эти компании проявляют уважение к местному контексту.

Что предлагает «Всевышний PR»

Агентство «Всевышний PR» работает со всеми четырьмя рынками и предлагает готовые решения для компаний, выходящих на эти страны.

Размещение пресс-релизов и публикаций в местных СМИ — газетах, онлайн-порталах, радиостанциях. Мы знаем, какое издание читает ваша целевая аудитория в каждой из четырёх стран, и размещаем именно там.

Подбор блогеров и инфлюенсеров — бесплатный. Мы анализируем задачу, проверяем качество аудитории, предлагаем варианты до начала платной работы. Работаем с инфлюенсерами на английском, французском и местных языках.

Адаптация контента — не перевод, а полноценная культурная и языковая адаптация. Замбийский английский, бенинский французский, контент на мандинка для Гамбии — мы работаем с носителями каждого языка, которые понимают контекст изнутри.

Консультации по медиастратегии — помогаем определить оптимальный набор каналов, языков и форматов для каждой страны. Потому что стратегия, которая работает в Замбии, не работает в Бенине — и наоборот.

Юридическое сопровождение — маркировка рекламного контента, соблюдение местного законодательства о медиа, корректное оформление коммерческих размещений.

Четыре страны, четыре медиарынка, четыре набора правил. И одно агентство, которое знает, как работать с каждым из них. Не потому что мы самые умные, а потому что мы потратили время на то, чтобы разобраться — пока остальные даже не начинали.